Глава 2 Биохимия экономики

Глава 2

Биохимия экономики

Также любят они соседа и жмутся к нему, ибо им необходимо тепло.

Ницше Ф. Так говорил Заратустра

Как правило, люди отвечают добром на добро и испытывают непроизвольную симпатию к тем, кто относится к ним хорошо. Это естественное чувство симпатии отражением вспыхивает в вашей душе, когда кто-то протягивает вам, сидящему на паперти, то, в чем вы сильно нуждаетесь.

Я вот так, навскидку, могу вспомнить только одного человека, психопатологической душе которого чувство благодарности было совершенно несвойственно. Этот человек — Сталин. По воспоминаниями сталинского секретаря, незадолго до своего расстрела Зиновьев, чувствовавший, что над ним сгущаются тучи, спросил Кобу, знает ли он, что такое «благодарность». Дело в том, что Зиновьев и Каменев однажды спасли Сталина в критической ситуации. И Сталин им этого «не добра забыл», отправив позже на расстрел обоих. А тогда на вопрос своего партийного товарища Коба ответил, вынув трубку:

— Знаю, конечно. Благодарность — это такое собачье чувство.

Что было не так с товарищем Сталиным?

Товарищ Сталин был уродом, в его больном организме имелись большие проблемы с производством окситоцина. Того самого окситоцина, который мы проходили в главе про химию любви. Он, если помните, отвечает за моногамную привязанность. А еще окситоцин отвечает за коммуникабельность, коллективные взаимодействия, взаимопонимание. Люди, которые способны вырабатывать окситоцин в больших количествах, имеют больше контактов, их браки крепче, они редко разводятся и дольше живут.

Читатель может спросить, почему это и за социальность, и за половую любовь отвечает одно и то же вещество.

Хм… А еще окситоцин отвечает за выделение грудного молока у беременных, помогая ему продвигаться через субареолярные протоки к соскам. А еще за сокращения мускулатуры матки у беременных… Ничего удивительного! Природа строит из тех кирпичей, что у нее есть. И в этом она напоминает хорошего конструктора. Знаете, как начинает проект нового изделия конструктор, получив техзадание? Он берет старое изделие как базу и начинает постепенно менять параметры и узлы в соответствии с техзаданием. И получается совсем новое изделие.

Нельзя же каждый раз начинать с Большого взрыва!

Вот есть у тебя четыре конечности для перемещения в пространстве, нагрузи их новой функцией — например, срывать плоды, или придерживать пищу при поедании, или обтесывать каменные наконечники.

Есть химический анализатор во рту? Пусть модулирует звуковую волну при передаче информации.

Есть плавники? Из них сделаем ноги! А из чего же еще?

Есть окситоцин для внутренней регуляции и половой любви, дадим ему еще и общественную нагрузку! Пусть не только свою самку, но и других людей любит!

— А зачем любить людей, товарищ Христос?

— Хороший вопрос, товарищ Сталин!

Речь идет не столько о любви, сколько об эмпатии, то есть сочувствии. Не столько о том, чтобы сделать кому-то хорошо, сколько о том, чтобы не делать плохо. Потому что когда другому плохо, нам тоже делается нехорошо. Это нормальная реакция. Видеть чужие слезы невыносимо! Когда особо чувствительная половинка нашего вида — женщины — видят на экране плачущего героя, у них тоже непроизвольно начинается выделение слезной жидкости. Жалко им героя! А почему? Они что, не понимают, что это все невзаправду? Что это лишь светотени на белом полотне?

Разум-то понимает. Но не разум отвечает за физиологические реакции. Слезы включает инстинкт. А он слов и логических доводов не воспринимает. Тело просто принимает сигнал — «кому-то плохо» — и отражает его.

Зачем?

Почему мы автоматически сочувствуем другим людям, и не только даже людям, но часто и существам другого вида? Почему по выражению мордочки другой особи мы четко улавливаем эмоцию? Вы когда-нибудь видели, как собаки улыбаются?..

Собственно говоря, мимические реакции, которые формируются маленькими мышцами лица, только для того и существуют, чтобы передавать другим особям сигналы о нашем эмоциональном состоянии. Определение эмоций очень важно для коммуницирования, для построения отношений, для связи отдельных особей в единое надцелое — стаю, общество, социальный организм.

Это настолько необходимо, что в мозгу появился даже целый отдел, который специализируется на распознавании лиц и только лиц. По всей видимости, он есть не только у нас, а, видимо, у всех стадных животных. У человека этим занимается особая зона на веретеновидной извилине (fusiform gyrus).

В 2013 году биологи из Университета Хельсинки анализировали восприятие лиц и морд собаками. Выяснилось, что собаки воспринимают лица в точности как люди. Если человеку показать на фото лицо другого человека, он сразу смотрит в глаза, анализируя — знакомый это или незнакомый, в каком эмоциональном состоянии находится. А если предъявить то же лицо перевернутым, то есть в таком положении, при котором лица в природе не встречаются, человек начинает осмотр фото как любого другого предмета — просто сканируя его глазами.

Так же поступают и собаки. При предъявлении фотографий человеческих лиц и собачьих морд в нормальном положении псы сразу начинают смотреть в глаза, стараясь узнать, а кто это изображен: уж не любимый ли хозяин — и в каком состоянии. Если же фото перевернуть, собака начинает рассматривать его как обычный предмет — сканируя глазами изображение.

Подойдите к ребенку и улыбнитесь. Он непроизвольно улыбнется в ответ. Глядя ему в глаза, начните медленно корчить рожи, вытягивая лицо, складывая губы трубочкой, поднимая или опуская брови. Лицо ребенка непроизвольно начнет повторять ваши гримасы. Дети в этом смысле — сущий клад. Они отражают превосходно!

Без взаимопонимания нет коммуникации, без коммуникации нет экономики. А биохимическая основа коммуникации — тот самый окситоцин. Центр нейроэкономических (название-то какое!) исследований в Калифорнии провел серию экспериментов по влиянию указанного гормона на экономическое поведение людей.

Эксперименты заключались в получении и передаче денег на определенных условиях. При этом у испытуемых все время брали кровь из вены для замера уровня окситоцина и еще десятка гормонов, но при денежных обменах значимые всплески давал только окситоцин.

Опыт представлял собой аттракцион неслыханной щедрости, в котором участвовали пары людей и суммы от 10 до 1000 долларов. Человеку давались деньги и предлагалось отдать все, или часть, или ничего другому человеку — с условием, что у того на счету сумма утроится. То есть если вам подарили 100 долларов и вы 50 отдали второму участнику эксперимента, у него на счету возникнет 150$. Учитывая, что он также получил перед началом игры стольник, у него на счету теперь лежало 250$. Приятно!

Теперь и второй участник мог, если хотел, что-то пожертвовать первому. Правда, он при этом уже только терял. Тем не менее, 95% людей отвечали щедростью на щедрость. А биохимически это выглядело так: при получении человеком денег его охватывала радость, а уровень выделяемого окситоцина был прямо пропорционален полученной сумме. Равно как и деньги, выделяемые им в обратку, напрямую зависели от уровня этого гормона. Отражение… Причем, что интересно, назальное (через нос) введение окситоцина в организм в этом эксперименте повысило «деньгоотдачу» — люди стали жертвовать партнеру больше.

Взаимовыгодный обмен вшит в нашу биологию. Ты мне — я тебе. А если в дом приходят комиссары в пыльных шлемах и требуют зерно на нужды мирового коммунизма, окситоцин отчего-то не вырабатывается. И даже напротив — зашкаливает адреналин. Хочется распороть коммунячье брюхо и набить зерном. Как порой и поступали с продотрядовцами сострадательные русские крестьяне.

Кстати, о сострадании… За него тоже отвечает окситоцин, потому что он отвечает за эмоциональное отзеркаливание. Если людям показать душещипательный ролик, как это делали в вышеуказанной лаборатории, хищно подкрадываясь к ним со шприцом для забора крови, то анализ этой крови также покажет повышенный уровень окситоцина. Причем чем сострадательнее человек, тем больше вещества он нарабатывает.

Эмпатия, то бишь сочувственное взаимопонимание, есть основной каркас той естественной, инстинктивной животной морали, на которой потом строятся общество и экономика.

Впрочем, мы знаем, что общество строится не только на любви, но и на ненависти. Люди не только любят и милосердствуют, но и убивают и жадничают. Это второй контур, на котором строятся отношения. Химически он выглядит как главный половой гормон — тестостерон, который является антагонистом окситоцина. Где-то рядом с ним выстраивает свои закономерности адреналин — гормон стресса.

Те же исследователи проводили эксперименты с введением тестостерона в кровь испытуемых. И тогда в результатах заметно росли эгоистические показатели и снижались кооперативные. Больше тестостерона — больше агрессии и меньше сочувствия. Здесь прямая зависимость.

А вот адреналин дал нелинейную зависимость. При небольшом выбросе адреналина, то есть при слабом или среднем стрессе, одновременно растет и уровень окситоцина, что понятно: порой опасность легче преодолевать сообща, кооперативно взаимодействуя и понимая друг друга, — зря, что ли, мы стадные животные?!. Кроме того, стресс может быть вызван чужими слезами — значит, плачущему нужно помочь, а для этого посочувствовать, иначе внутреннего побуждения помогать не будет. С другой стороны, помочь можно, только если есть ресурсы для помощи. Однако ресурсов может не быть, а ситуация настолько опасна и тяжела, что тут уже не до помощи — самому бы спастись. Поэтому при сильном уровне стресса и мощном адреналиновом залпе окситоцин вырабатываться перестает. Тут уже взаимопонимание и сочувствие ни к чему, поскольку включается режим индивидуального спасения, когда на всех остальных плевать.

Это, кстати, общесистемная вещь. При низких кризисных уровнях в системе происходит сплочение элементов. При высоком — система разваливается на составляющие. Посмотрев по эволюционной лестнице налево и вниз, мы увидим, например, камень, который какое-то время сопротивляется давлению всеми атомами своей кристаллической решетки, сцепленными друг с другом, а потом разлетается на осколки… Посмотрев вдоль эволюционной траектории направо и вверх, мы увидим общества — социальные организмы. В которых кризис, будь то война или внутренние неурядицы, сначала вызывают сплочение и желание противостоять агрессивному фактору, а потом — государственную дезинтеграфию, потерю суверенитета и распад на осколки.

И мы, как скопище клеток, стоящее посредине между камнем и цивилизацией, не исключение. Легкий стресс встряхивает организм и закаляет его, тяжелый убивает. Легкий голод мобилизует и координирует работу органов, нормализуя обмен веществ и оздоровляя организм в целом. Катастрофический голод приводит к тому, что органы внутри организма начинают конкурировать другом с другом за малую толику энергии.

Зато в обычной штатной обстановке, если ресурсов хватает себе и семье, мы готовы пожертвовать и в пользу посторонних. Мы любим и кормим собаку, а будет голод — сожрем.

Так работает наша внутренняя биохимия. И основанная на ней экономика, как способ жизни цивилизации. Читателю уже известно, что по мере роста комфорта, уровня технологий, повышения безопасности жизни и уплотнения населения мы все больше и больше становились окситоциновой цивилизацией, а не тестостероновой. Отсюда и половая конвергенция — обабливание мужчин и омужичивание женщин. Жаль только, что с потерей «тестостероновости» наша цивилизация теряет хватку и сметку, которые находятся в прямой от тестостерона зависимости.

Макроскопические исследования все сказанное выше об «окситоциновости» и «тестостероновости» подтверждают. Чем выше уровень цивилизации, тем она гуманнее и тем хуже воюет. Если мерять развитость страны уровнем ее ВВП на душу населения (а чем же еще?), мы увидим, что бедные страны имеют низкий уровень взаимопонимания и доверия людей друг к другу, а богатые — высокий уровень.

Исследования, проведенные немецкими экономистами из Института экономики труда, показали: наиболее кооперативное население живет в странах Скандинавии. В Норвегии, например, 68% жителей доверяют друг другу. Ну а страны «третьего мира», типа Тринидада, — крайне низкий (3,8%). Россия же, которая менее богата, чем Норвегия, и более развита, чем Тринидад, со своими 28% уровня доверия болтается где-то посередине. Таким образом, окситоционовая карта мира полностью совпадает с картой экономического развития. Даже внутри одной страны уровень доверия находится в прямой зависимости от экономического развития региона. Так, на промышленно развитом севере Италии уровень доверия составляет 49%, а на солнечном, но бедном юге — 26%.

Кстати, о солнце… Уровень инсоляции, оказывается, тоже влияет на экономику через нашу животность. Есть такой способ продаж — на доверии. Утром ставится в офисе корзина с крендельками, а рядом коробка с прорезью для денег и ценник. Люди сами берут крендельки и сами бросают в коробку деньги. Экономия на целом продавце!

Разумеется, в условиях, когда никто не следит, некоторые граждане «забывают» кинуть в ящик монетку за крендель. Но в основном оплачиваемость колеблется в районе 75-90%. Хороший результат. Колебания же зависят от разных причин — величины офиса, например, или наличия праздников. А также от погоды. В солнечные дни люди гораздо честнее, чем в пасмурные. Вот такая мы животная скотинка — реагируем на солнышко непосредственно своим настроением, которое задается биохимически, под влиянием электромагнитного излучения видимого диапазона, и влияет на экономические процессы.

И не только на экономические! Например, «окситоциновые наркоманы» — болельщики футбольных команд или патриоты, — сбиваясь в кучи и объединяясь против других, восполняют таким образом недостаток в чувстве единения, ощущении своей принадлежности к великой стае. Люди вообще любят любить друг друга, и каждый достигает это своим способом — болельщики орут кричалки, размахивая флагами; кто-то идет пить в бар, хотя на собственной кухне пить дешевле, а кто-то сидит ночами в фейсбуке и твиттере (экспериментально доказано, что даже интернет-общение стимулирует выработку окситоцина, потому что инстинкт не отличает виртуальность от реальности).

Что же делать тем, кто слаб в общении, у кого организм вырабатывает мало окситоцина? Да то же самое, что людям слабым и потому не могущим поднять большую тяжесть, — поднимать тяжести! То же самое, что людям, не разбирающимся в винах, — пить вина!

То есть тренироваться.

Например, много и тесно общаться через не могу. Осуществлять тактильные контакты и делать добро другим людям. Потому что мы любим тех, кому сделали добро. А люди отвечают нам тем же. Так запускается положительная обратная связь по производству окситоцина. Наслаждайтесь!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.