Озоновые дыры

Озон — трехатомный кислород — был открыт в далеком 1785 г. голландским биологом Мартином ван Марумом (1750–1837). Ученый «прошил» воздух электрическим разрядом и почувствовал резкий металлический запах, а потом обнаружил, что заряженная атмосфера странным образом действует на ртуть, заставляя ее тускнеть и липнуть к стеклу. Из этого ученый заключил, что в наэлектризованном состоянии кислород активно делится своими электронами с окружающими веществами — то есть окисляет их. Новый газ Марум назвал электрической материей, а полвека спустя швейцарский химик Кристиан Шёнбейн (1799–1868) повторил его открытие, придумав другое название — озон, что в переводе с греческого означает «пахучий». Конечно же, Кристиан не мог не заметить сильную окисляющую способность озона: под его влиянием белый и прозрачный йодид калия превращался в коричневый йод, а серебро темнело.

О том, что озон покрывает нашу планету плотным слоем, защищая от проникновения вредного излучения, в начале ХХ в. узнали французы Анри Буиссон и Шарль Фабри. Ученые внимательно рассмотрели спектр ультрафиолетового излучения и по темным линиям определили, что в средних слоях земной атмосферы оно поглощается молекулами озона. Чуть позже стало ясно: озон не только защищает от лучей, но и создается ими. Электромагнитные волны ультрафиолетового диапазона порциями-фотонами атакуют молекулы кислорода в воздухе, и от них отпадают атомы, которые затем присоединяются к неповрежденным молекулам.

В 1950-х британские ученые измерили толщину озонового слоя над Антарктидой и ужаснулись: защитный экран в одном месте заметно прохудился. Исследователи наперебой стали предлагать версии, объясняющие такую неприятность: атомные взрывы, космические аппараты, самолеты, автомобили, промышленные выбросы и прочее, и прочее… Но только в середине 1970-х весь мир согласился с тем, что истончение озонового покрывала — это глобальное бедствие, которое может погубить все человечество.

Начались активные поиски того, что может разрушать слой озона, и уже в 1974 г. калифорнийские химики Франк Роланд и Марио Молина объявили виновными во всем два химических соединения, содержащих фтор, хлор, бром и углерод. Эти вещества использовались в холодильниках и кондиционерах для отвода тепла, а также в косметике для образования пены, растворения лаков и распыления, например дезодорантах. Почти одновременно с американцами исследования провел физик из Нидерландов Пауль Крутцен: по его мнению, озон уничтожался закисью азота — веществом, которое еще называют веселящим газом за способность опьянять. Этот газ применялся не только в косметологии в качестве распылителя, но и в пищевой промышленности (для эффекта взбитых сливок), в автомобилестроении (для улучшения работы двигателей), в анестезиологии. Кроме того, были получены доказательства, что на содержание в атмосфере озона очень влияют выбросы во время добычи нефти, газа и угля.

Далее выяснилось, что за последние полвека на Землю стало проникать больше ультрафиолета, чем раньше, и тут забили тревогу медики и биологи. Повышение дозы этого излучения может быть губительно как для сухопутных растений и водорослей, так и для людей, поскольку способно снижать иммунитет и повреждать структуру ДНК.

В 1985 г. исследователи из британского Антарктического управления — Джонатан Шанклин, Брайан Гардинер и Джо Фарман — провели еще одно измерение озонового щита над Южным полюсом и выяснили, что за 10 лет он стал тоньше чуть ли не вдвое, а диаметр «истертой» области превысил тысячу километров. Наблюдения проводились осенью, когда в Антарктиде наступает весна и Солнце поднимается над горизонтом, инициируя химические взаимодействия между озоном и соединениями, попавшими в воздух с поверхности Земли. Ученые установили, что дыра возникает ежегодно в одно и то же время из-за усиления солнечной активности, а к середине года слой восстанавливается, однако повышение концентрации химических выбросов в атмосфере влечет большее истощение слоя.

Вот тут-то и началась паника. Поползли слухи о том, что животные Южной Америки и Австралии теряют зрение, а люди чаще болеют, — ультрафиолет быстро заработал славу «небесного СПИДа». В том же 1985 г. в Вене была принята конвенция, предусматривавшая защиту озонового экрана, а два года спустя был подписан Монреальский протокол, который обязал всех производителей, использующих вредные вещества, прекратить их выпуск.

Разумеется, поначалу все, чей бизнес был связан с хладагентами, запротестовали: мол, не нужно делать из мухи слона и зря пугать народ. Кроме того, защитники прав производителей высказали опасения по поводу отказа от фтор-, хлор-, бром- и углеродсодержащих фреонов: по их словам, это могло бы уничтожить целую отрасль производства и оставить без работы множество людей. Однако в конце концов производители сдались и заменили небезопасные хладагенты на более мирные соединения углерода с водородом. Никто не пострадал, а экология только выиграла.

Между тем русский геофизик Андрей Капица из научно-исследовательского института при МГУ установил, что озоновый слой над Южным полюсом испокон веков переживает регулярные колебания толщины, поскольку из земной коры по трещинам постоянно выходят разные газы вроде метана и «портят воздух» над нашей планетой. Так что причина бедствия вполне природная (а возможно, и бедствия никакого нет).

А недавно порадовали исследователи из Массачусетса: по их данным, с начала нового тысячелетия дыра уменьшается и, судя по всему, постепенно станет такой, какой была до разрушительного влияния человека. Но она никуда не денется, и ученые не в силах объяснить и предсказать все химические процессы, которые проходят на высоте от 20 до 50 км, поэтому по большому счету поведение озоновой дыры так и останется загадкой. Впрочем, отказ человечества от вредных химических веществ в любом случае пошел ему, этому человечеству, на пользу.