Модификация второго кода — медицина будущего?

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Модификация второго кода — медицина будущего?

Ведущий научный журнал США «Сайенс» ежегодно в конце декабря называет «Открытия года». Это список десяти важнейших научных достижений, которые, по мнению очень квалифицированной редакции, определили прошедший год и дают самые многообещающие импульсы для будущего развития.

В 2007 году на втором месте оказалось создание человеческих iPS-клеток. В 2008 году на вершину списка выдвинулась вся область, занимающаяся перепрограммированием клеток. Редакция так обосновала свой выбор: поскольку биологи открыли, как можно перевести назад биологические часы клетки, они сильно продвинулись в понимании болезней, а также способов, какими клетки определяют свою биологическую судьбу. И действительно, целенаправленная модификация второго кода может в будущем радикально изменить медицину.

При этом наблюдаются два параллельных направления развития. С одной стороны, ученые исследуют, каким образом эпигеномы клеток можно расшифровывать, интерпретировать и модифицировать с помощью фармакологического воздействия. Это может способствовать развитию диагностики и лечению многих болезней. С другой стороны, они всё лучше понимают, каким образом, в какие периоды и с какими долговременными последствиями окружающая среда вступает во взаимодействие с геномом. Это создает совершенно новые отправные точки для эффективных профилактических программ, а каждому человеку дает шанс самостоятельно определять свою биологическую судьбу или судьбу своих детей.

Итак, развитие эпигенетики позволит в будущем лучше диагностировать и лечить многие опасные заболевания, так что они перестанут вызывать ужас. Возможно, благодаря изучению второго кода уже через несколько десятилетий гораздо большее число людей будет доживать до преклонного возраста, сохраняя при этом хорошую психическую и физическую форму.

Сколь много выигрывает биомедицина от нового знания, я уже писал: фармацевтические блокаторы эпигенетических ферментов, которые модифицируют ДНК или гистоны, используются в борьбе против рака или проходят серию клинических испытаний. Диагностика рака с помощью эпигенетических тестов становится все более надежной. Исследование и расшифровка эпигеномов позволили значительно усовершенствовать процесс получения стволовых клеток и применение их для лечения.

Кроме того, медики возлагают большие надежды на новые препараты для лечения всех видов энцефалопатии, для поддержки или коррекции аутогенной иммунной системы. Исследователи мозга уже работают над несколькими идеями по эпигенетической терапии депрессий, пограничных расстройств личности или посттравматических стрессовых синдромов. А целенаправленное перепрограммирование второго кода иммунных клеток могло бы закрепить память о сопротивлении болезни и тем самым создать совершенно новые принципы лечения аутоиммунных заболеваний. Речь идет о таких недугах, как астма, нейродермит, болезнь Крона или ревматоидный артрит.

Открытие РНК-интерференции также может послужить импульсом к созданию медикаментов нового типа, которые будут использовать этот механизм, чтобы прицельно отключать вызывающие болезнь гены. Правда, для этого нужно сначала научиться направлять подходящие фрагменты РНК в нужные клетки, что остается пока очень трудным и практически неосуществимым предприятием. Но уже ясно: каждый тип человеческих клеток обладает своим собственным набором микро-РНК, с помощью которых осуществляется влияние на генную регуляцию. Если в этом процессе что-то разлаживается, могут возникнуть болезни, которые теоретически поддаются лечению с помощью коррекции РНК-интерференции.

В экспериментальной модели этот механизм уже работает. Томас Тум из Вюрцбургского университета и его международная исследовательская группа в 2008 году представили результаты экспериментов на мышах, страдающих сердечной недостаточностью — между прочим, самой частой причиной смерти у людей. Ученые обнаружили, что в клетках соединительной ткани сердца больных животных содержится ненормально большое количество микро-РНК с номером 21. Она способствует чрезмерному росту соединительной ткани в сердце, что ослабляет сердечную мышцу. Томас Тум и его коллеги давали мышам антагомир-21, белок, целенаправленно блокирующий активность микро-РНК-21, — и таким образом действительно смягчили течение болезни.

Исследователям удалось даже доказать, что у людей с сердечной недостаточностью в подобных клетках наблюдается та же ошибка эпигенетической регуляции, что у мышей. Поэтому они оптимистически заключают, что находятся на прямом пути к разработке нового типа терапии. «Современные методы лечения могут лишь приостановить развитие сердечной недостаточности, но не вылечить. Наши результаты впервые указывают возможный путь лечения этого заболевания с помощью воздействия на микро-РНК», — поясняет Штефан Энгельгардт, один из основных авторов публикации.

Андреас Плагеманн, специалист по акушерству из Берлина, подчеркивает, что эпигенетика может начать вторую революцию в здравоохранении. «Может быть, даже наиболее значительный практический потенциал новой науки заключается в развитии будущей профилактической медицины», — говорит он. Уже выявлено, насколько важные физиологические структуры настраиваются еще в утробе матери и в первые годы жизни. Если именно здесь подключить разумные профилактические меры, в долгосрочной перспективе можно изменить к лучшему состояние здоровья целого народа.

Это касается, конечно, профилактики ожирения и метаболического синдрома. Но также психологических и социальных условий жизни, в которых растут наши дети. По отношению к ним мы должны проявлять как можно больше любви и терпения, посвящать им как можно больше времени и дать им как можно больше стимулов к развитию, чтобы они сами стали сильными личностями.

Однако эпигенетически ориентированная профилактика не должна концентрироваться только на беременных, молодых родителях и детях. Большинство из нас по-прежнему игнорируют все ценные советы по улучшению образа жизни. Этим общим рекомендациям результаты изучения второго кода придают такую весомость, что продолжать их игнорировать уже невозможно: мы должны раз и навсегда преодолеть свою инертность и начать наконец больше двигаться, придерживаться здорового питания и проявлять больше любви по отношению к своим детям. Врачам стоит чаще давать подобные рекомендации вместо лекарств, пациентам — неуклонно им следовать, а всем людям, сознательно относящимся к своему здоровью, и всем родителям необходимо по-настоящему осознать их.

У нас действительно есть шанс обрести власть над своим геномом. И новую свободу.